Timberman

Неплохая игра, портированная с мобилок. Мне кажется, что на мобильном устройстве она играется интереснее, но это дело вкуса. Сама же игра простенькая, но ностальгическая. Самое сложное в данной игре - достижения. Если хотите закрыть Timberman на платину, то Вам понадобится как огромное количество свободного времени, так и несколько друзей, ибо выполнить без помощи друзей некоторые ачивки не представляется возможным. Могу посоветовать, если хочется почувствовать себя высококлассным лесорубом!

Глубоко в сердце древнего, нетронутого цивилизацией, леса, где солнечный свет просачивался сквозь густой зелёный навес, жил человек. Он был воплощением немыслимой силы: высокий, с мощным телом, выкованным десятками лет тяжёлого труда, и руками, испещренными мозолями. Этот Дровосек был легендой, о которой шептались редкие путники, осмеливавшиеся заходить в чащу.
Он не искал компании. Его миром были сосны, дубы и клёны, его музыкой – свист ветра в кронах и несмолкаемый стук его топора. Он жил в небольшой, но крепкой бревенчатой хижине, построенной собственными руками. Его дни были просты и неумолимы: проснуться с первыми лучами, проверить остроту своего фамильного топора – лезвие которого Он полировал до зеркального блеска, – и погрузиться в лес. Он рубил. Он не рубил ради наживы, а ради самой работы, ради чести своего ремесла. В этом постоянном, тяжёлом и медитативном труде Он находил своё умиротворение.
Однажды, в один из влажных и туманных дней, когда воздух казался сотканным из паутины с камельками росы, Дровосек наткнулся на Нечто.
Он шёл по давно намеченному маршруту, выбирая старую, сухую ель, когда Его взгляд внезапно упёрся во что-то, что не подчинялось привычным законам. Это было дерево, но такое, какого Он не видел ни в одной из своих бесчисленных прогулок.
Оно росло на небольшой поляне, его ствол был шире любого дуба, который Он когда-либо видел; он казался не стволом, а каменной колонной, покрытой корой цвета тёмного мха. Дровосек подошел ближе, ощущая, как Его могучее сердце начинает биться чуть быстрее. Он поднял взгляд, ища крону, ища место, где дерево должно было заканчиваться, но ветви не касались неба. Дерево уходило ещё выше.
Туман окутывал ствол, и казалось, что дерево уходит в бесконечность, пронзая облака и устремляясь прямиком к звёздам. Вершина была не просто скрыта, она, казалось, отсутствовала совсем.
Первобытный инстинкт охотника и умельца, который знал, что нет такой древесины, которую нельзя было бы повалить, толкнул Его к действию. Это была не просто задача; это был вызов самой природе, самому лесу.
Он выбрал основание. Он выровнял своё тело и нанёс первый удар.
КРАК!
Звук был глухим, не таким, как обычно. Он не отскакивал от древесины; он поглощался ею. Дровосек работал с яростью, которую давно не позволял себе. Он не стал делать традиционный подрез. Он просто рубил, пытаясь прорубить этот исполинский ствол насквозь.
Удар за ударом. Его могучие мышцы напрягались, пот заливал глаза, но дерево стояло, казалось, даже не дрогнув. Он работал час, два, пять. Солнце уже почти зашло за горизонт, но Дровосек продолжал.
Он поднял топор для очередного, особо мощного удара. В этот момент, впервые, Он почувствовал нечто, отличное от шелеста листвы.
Сверху, из невидимых высот, послышался низкий, утробный гул. Это был не ветер. Это был звук, похожий на сдвиг громадной массы.
Дровосек, не успев понять, что происходит, почувствовал внезапную, острую боль.
Огромная, мшистая ветвь хлестнула Его по затылку. Зрение затуманилось, мир качнулся, а звук топора сменился оглушительным звоном. Дровосек рухнул на землю, его могучее тело было совершенно бессильно.
Дровосек очнулся, лёжа на своей кровати, на жёстком, пахнущем сухой хвоей ложе. В Его хижине было тихо. Топор лежал у печи. Тупая боль в затылке присутствовала, но в целом Он чувствовал себя нормально.
Как Он сюда попал? Он помнил лишь удар и темноту.
Движимый необъяснимым беспокойством, Он встал, проверил своё снаряжение и вышел на крыльцо.
И снова увидел его.
То самое дерево заняло своими корнями место, метрах в пятидесяти от жилища. Его основание было окружено свежевыпавшим мхом.
Он больше не мог игнорировать это дерево. Оно стало его одержимостью. Он возвращался к нему каждый день, рубил, пока не иссякали силы, и каждый раз, казалось, что он не сдвинулся с места. И каждый раз, когда Он приближался к изнеможению, лес либо посылал ему удар веткой, либо Он просто просыпался в своей хижине, забыв о дороге домой.
Он никогда не видел, как ветвь ударяет его: Дровосек просто проваливался в темноту и оказывался дома. Эта цикличность сводила Его с ума. Это было неким наказанием за дерзость?
Дни сменяли месяцы, месяцы сменялись на годы. Он продолжал свою работу, но вот однажды лес «принёс» Ему гостей.
Это случилось на исходе осени, когда воздух стал кристально чистым. Дровосек, как обычно, возвращался от своего неукротимого исполина, с тяжёлым сердцем предвкушая очередной бесплодный бой уже завтра, когда услышал звуки, давно забытые в этих местах: голоса и ритмичный перестук чужих топоров.
Это были другие дровосеки. Их было трое. Они выглядели усталыми, но крепкими, с бородами, иссечёнными ветром, и глазами, знающими цену тяжёлому труду. Они шли не по тропам, а прорубали себе путь, и шли они прямо к поляне, где росло то самое Бесконечное Дерево.
«Здравствуй, незнакомец!» – добро, но в то же время сурово окликнул Дровосека старший из них, чей топор был меньше обычного, но казался острее. – «Мы идём к Древу.»
Дровосек удивился своему дрогнувшему голосу, ибо впервые за много лет заговорил с кем-то, кроме самого себя: «Вы знаете об этом Дереве?»
Мужчины остановились, оценивая внешний вид Дровосека – его мощь, его близость к этому месту, его крепкий инструмент.
«Мы знаем о Древе, что рвёт небеса,» – ответил второй. – «Мы следовали слухам и старым картам. Ни один человек не может свалить его в одиночку. Оно слишком старо. Слишком вплетено в наш мир.»
Лесоруб почувствовал нечто совершенно новое – надежду, смешанную с ревностью. Он провел столько времени в борьбе с этим чудом в одиночку.
«Я рубил его целые годы,» – сказал Дровосек.
«И это было глупо,» – сухо заметил третий. – «Такое дерево требует не просто грубой силы. Одного удара недостаточно; ему нужен ряд ударов, который наносят одновременно несколько человек.»
Они заключили негласный союз. На следующий день Дровосек не был один.
Первые два дня были шоком для Него. Он привык к собственному ритму, к паузам, когда Он мог восстановить дыхание. Теперь же, когда Он наносил удар, Он слышал, как за деревом кто-то уже наносит другой удар, а сбоку – третий. Это была какофония, но под ней быстро вырисовывался мощный, единый ритм.
Они работали как единый организм. Дровосек, как самый сильный, брал на себя самую тяжелую часть работы, углубляя заруб. Другие дровосеки, более осторожные и точные, следили за тем, чтобы ослаблять структуру дерева равномерно.
Они рубили весь день, и впервые в истории сражения с Древом, когда солнце начало садиться, и воздух наполнился запахом свежей, живой древесины, Лесоруб снова почувствовал сильный удар.
Всё повторилось: Он снова оказался дома. Однако, проснулся он не по собственному желанию, а из-за гомона людской толпы и работы десятков топоров. Огромное количество дровосеков билось с Бессмертным Древом. Они рубили с надеждой и верой в то, что это Дерево можно победить.
История Дровосека и Бесконечного Дерева не закончилась. Оно до сих пор стоит в том лесу. Иногда Дровосек рубит его в одиночку, снова и снова проваливаясь в сон или падая в обморок, чтобы проснуться дома. Иногда к Нему приходят другие, ведомые слухами о великой битве. Они приходят, чтобы рубить вместе, и иногда им кажется, что они начинают побеждать.
Но когда туман рассеивается, Дерево вновь стоит, ожидая следующего приступа человеческой силы, следующих героев, которые решат, что нет такого дерева, которое не смог бы одолеть острый край его топора. И Дровосек снова просыпается, зная, что Дерево будет Его ждать.

Timberman — это идеальный «таймкиллер». Она проста в освоении, но невероятно сложна в достижении рекордов. Она вызывает то же чувство азарта, что и Flappy Bird, заставляя нажимать кнопку «попробовать еще раз» снова и снова
Дайте мне уже награду сообщества, я уже устал эти обзоры клепать.

17 ноября 1998 года вышел пятый и самый успешный альбом панк-рок группы The Offspring - Americana, достигший 2ой строчки чарта и тем самым получив неоднократно платиновый статус в некоторых странах. Заодно вспомним те времена , когда хиты "Pretty Fly (for a White Guy)", "Why Don't You Get a Job?" and "The Kids Aren't Alright" звучали не раз по телевизору (по радио).

Не плохая игрушка, время убить можно.

Дорого а так норм

нормально 202